http://gazeta.aif.ru/online/superstar Содержание выпуска 12 (114) издания "АиФ Суперзвёзды" (от 25.06.2007) ru Mon, 25 Jun 2007 05:00:00 GMT Mon, 25 Jun 2007 05:00:00 GMT http://blogs.law.harvard.edu/tech/rss web@aif.ru webmaster@aif.ru ЗАО "Аргументы и факты" http://gazeta.aif.ru/data/mags/superstar/button.gif http://gazeta.aif.ru/online/superstar АиФ Суперзвёзды http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/04_01 http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/04_01?comment http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/04_01 Mon, 25 Jun 2007 05:00:00 GMT АиФ представляет Вы держите в руках уникальный номер "Суперзвезд". Второго такого никогда не появится. Почему?.. Буду краток и честен: журнал больше выходить не будет. Дорогие читатели! Хотя нет, пусть другие редакторы так обращаются к читателям. А я буду честным и скажу так, как думаю. Любимые! Потому что, во-первых, это правда. А во-вторых... Думаю, что достаточно и первого объяснения. Вы держите в руках уникальный номер "Суперзвезд". Второго такого никогда не появится. Почему? Я снова мог бы пуститься в пространные объяснения из серии "во-первых" и "во-вторых". Но опять-таки буду краток и честен: журнал больше выходить не будет. Наш финальный номер мы решили сделать суперзвездным во всех смыслах этого несколько заезженного сегодня слова. И поместить в нем материалы о людях, которые действительно являются суперзвездами, - для их представления достаточно всего двух слов: имени и фамилии. "Суперзвезда" - слово женского рода, поэтому героини этого выпуска - великие женщины, чьи судьбы достойны стать уроком. И нашим своеобразным подведением итогов. В этом номере - лучшее из лучшего: яркие высказывания современников и истории легенд... (Июнь 2007 г.) АиФ Суперзвёзды http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/08_01 http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/08_01?comment http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/08_01 Игорь ИЗГАРШЕВ Mon, 25 Jun 2007 05:00:00 GMT Культура ...В дверь красивого небольшого особняка в Беверли-Хиллз звонили уже минут двадцать. Наконец дверь приоткрылась и чей-то голос грубо спросил: "Какого черта вам надо?" ...В дверь красивого небольшого особняка в Беверли-Хиллз звонили уже минут двадцать. Наконец дверь приоткрылась и чей-то голос грубо спросил: - Какого черта вам надо? - У меня цветы для... одну минуту... Нормы Джин Беккер. Друзья поздравляют ее с днем рождения. Еще шире открылась дверь, и посыльный едва не упал от удивления: на пороге стояла самая знаменитая женщина мира, обожаемая Мэрилин Монро собственной персоной. Не обратив никакого внимания на реакцию юноши, Монро громко сказала: - Никакой Нормы Джин Беккер здесь нет. И друзей у нее тоже нет. И никогда не было. После этих слов хозяйка дома захлопнула дверь, прошла в большую комнату и, взяв очередной стакан виски, обернулась к зеркалу: "С днем рождения, Мэрилин. Будь счастлива". Больше ее в этот день никто не поздравил. Кроме, разве что, каких-то непонятных друзей, решивших назвать ее настоящим именем. Неужели они думали, что воспоминания о детстве будут ей приятны? Впрочем, тому, кто не оставался сиротой при живой матери, сидящей в психушке, и не зарабатывал на жизнь мойкой тарелок в сиротском приюте, не понять, почему всю свою жизнь она будет бежать от этих воспоминаний и каждый этап своей биографии начинать словно с чистого листа. А теперь, кажется, пришло время этот самый лист перечеркнуть. 10 часов утра - Одна, две, три, четыре... Хватит? Хотя больше - не меньше. Пять, шесть, семь, - Мэрилин закончила отсчитывать пилюли из баночки. Теперь ее больше всего волновал только один вопрос: правда ли, что за секунду до того, как все будет кончено, перед самоубийцами проносится вся их жизнь? Женщина отошла от столика, на котором россыпью лежали ее самые верные друзья-транквилизаторы, никогда не обманывавшие ее надежд, и откупорила очередную бутылку шампанского. Даже если на столе стоял целый ряд откупоренных бутылок, она все равно открывала новую. Потому что ей было нужно только свежее шампанское. Пожалуй, единственная радость, которую она могла себе позволить... 12 часов 40 минут Сегодня ей исполнилось... Хм, сколько же ей стукнуло? Боже мой, тридцать шесть лет. Впрочем, какой пустяк. У Вивьен Ли хватило наглости заявить во всеуслышание, что она вовсе не возражает против любовной сцены, в которой предстояло участвовать ее мужу Лоуренсу Оливье и Мэрилин Монро. "После того, как Ларри сыграл эти сцены со мной, его вряд ли что-то сможет удивить", - сказала эта старая стерва. А потом, не обращая внимания на окруживших ее репортеров, попросила Монро быть доброй и не отказать Оливье, если тот попросит ее переспать с ним. А ведь Вивьен тогда было далеко за... Так что и у Мэрилин все еще впереди. Например, те семь розовых таблеточек на столике. Какой странный день рождения. Телефон молчит, цветов и тех почти нет. За исключением посылки от каких-то странных друзей. Но удивляться, пожалуй, нечему - какая жизнь, такие и друзья. 14 часов Монро отставила недопитый бокал и потянулась за новой бутылкой. Вот у президента был настоящий день рождения. Мэрилин вспомнила, как блистала на этом празднике, и улыбнулась. Окружение Джона решило, что она нарочно тогда так напилась шампанским и русской водкой, что пять или шесть раз пропускала свой выход на сцену. Она-то знает, что именно ТАК все и было задумано. Мэрилин действительно вышла на сцену с опозданием. Но зато как ее встретил зал! И дело было не только в потрясающем просвечивающемся платье от Жан-Луи. И уж конечно, не в интонации, с которой она исполнила песенку "Happy birthday, Mr. President". Дело было в реакции Кеннеди. Президент покраснел, замешкался, а потом, не дав ей закончить свое выступление, взял микрофон: "Теперь я могу уйти из политики, после того как меня поздравили с такой лаской в голосе". Неужели Джон и вправду боялся, что она может ляпнуть что-нибудь лишнее? Нет, о своем отношении к Кеннеди Монро уже один раз сказала. На пресс-конференции по случаю инсульта отца президента Мэрилин без обиняков заявила, что сочувствует горю семьи Кеннеди, членом которой она давно себя считает. Джон сделал из этого вывод. Но вовсе не тот, которого она ждала: президент прислал разобраться с Монро своего брата Роберта. И она, поняв, что с Джоном все кончено, тут же закрутила роман с Робертом. Младший Кеннеди оказался неплохим любовником. Но становиться отцом ее ребенка не захотел и он. Мэрилин пришлось сделать очередной, тринадцатый по счету, аборт. Оказавшийся в ее жизни последним. Впрочем, все, что происходило теперь в ее жизни, было последним. 15 часов 30 минут Вот интересно, как будут вспоминать о ней после смерти? В том, что ее не забудут, Мэрилин не сомневалась. Но говорить, скорее всего, будут не о ее карьере в кино (где она, увы, так ничего толком и не успела сделать), а о знаменитых мужчинах. Что ж, на любовном фронте Монро кое-каких успехов действительно добилась. Первым мужем красотки стал бейсболист Джо Ди Маджио, чьи ухаживания она приняла после того, как у него утонул в море родной брат. Пресса писала, что у Монро наконец-то появилась семья: у Джо было еще семеро братьев и сестер. Мэрилин действительно любила мужа. Но не так, как своего первого мужчину - актера Джона Кэрола. Вот в него она была влюблена по уши. Но Джон, как и его более великий тезка, был женат. И уходить из семьи, несмотря на уговоры Мэрилин, не собирался. Тогда она попросила о встрече его жену. И расписав, как Джон любит ее, попросила женщину отпустить Кэрола. Мужчина, подслушавший странный разговор, ворвался в комнату, где сидели соперницы, и выставил Монро за дверь. Ну а потом в ее жизни возник Ди Маджио. Бейсболист безумно ревновал Мэрилин к кино и настаивал, чтобы она ушла из профессии и стала домохозяйкой. Разумеется, ни о чем таком Монро и слышать не хотела. И решила убедить супруга, как для нее важна работа. Для чего пригласила Ди Маджио на съемочную площадку фильма "Зуд седьмого года", где играла главную роль. В тот день как раз снимали сцену, когда ее героиня оказывается над вентиляционной решеткой, под которой идет линия метро. Воздушная волна эффектно поднимала юбку актрисы и взорам окружающих представала пара стройных ножек кинозвезды. Такого позора спортсмен пережить не мог и первым попросил Мэрилин о разводе. Четырехлетнее супружество приказало долго жить. Монро развод волновал меньше всего. Главным человеком ее жизни уже стал будущий президент Соединенных Штатов. "Пост президента - единственная должность, которую я хотел бы занимать", - признавался Джон Мэрилин. Он вообще обсуждал с ней все, кроме совместного будущего и семейной жизни с Жаклин. Но Монро знала, что Джон относится к жене, мягко говоря, с прохладцей. А после того, как Жаклин родила мертвого ребенка и Джон отказался навестить ее в госпитале ("Раз ребенок мертв, то чего мне спешить", - сказал Кеннеди и продолжил развлекаться на яхте), бесперспективность их союза стала очевидна не только Мэрилин. 16 часов 55 минут "Ты ошибаешься, дорогая, - президент нежно взял ее за руку и улыбнулся. - Брак - это всегда ошибка". И хотя эти слова относились к конкретному вопросу Мэрилин - выходить ли ей замуж за молодого драматурга Артура Миллера - Монро сделала правильный вывод. И согласилась стать миссис Миллер. К тому времени у Джона родилась дочь Кэролин, и Мэрилин больше всего мечтала, как она родит от Артура сына и тот возьмет в жены дочь президента. И они наконец породнятся с Кеннеди. Помыслы же о том, чтобы самой стать Первой Леди, Монро выбросила из головы. Хотя, кажется, никто этого так и не понял... Свадьба с Артуром закончилась трагедией. Миллер мечтал о частной свадьбе, на которой были бы только свои. Но репортеры не могли упустить такого случая, и перед домом новобрачных собралась тысяча журналистов. Одной из последних на торжество примчалась журналистка из "Пари-Матч" Мария Щербатова. Автомобиль, на всей скорости подъехав к церкви, неудачно затормозил, и молодая женщина вылетела из него через ветровое стекло. Умерла она прямо на руках невесты, окропив свадебное платье Монро кровью. Предзнаменование сбылось - совместная жизнь Монро и Миллера, начавшись с крови, ею же едва не завершилась. Однажды Миллер возвращался из Европы в Америку и в руках каждого второго пассажира заметил журнал, на обложке которого была помещена фотография целующихся Монро и французского актера Ива Монтана. Мэрилин тогда как раз завершала съемки в фильме "Давай займемся любовью", название которого она и ее партнер восприняли, судя по всему, как руководство к действию. Только неимоверная выдержка удержала обманутого мужа от того, чтобы по дороге из аэропорта не свернуть на полной скорости в кювет. Очередной брак кинозвезды, протянув привычные четыре года, завершился вполне традиционно - разводом. Миллер вернулся к своим книгам, Ив Монтан - к законной супруге Симоне Синьоре (с которой он, как и все мужчины Мэрилин, несмотря ни на что, не собирался расставаться), а Мэрилин вновь осталась одна. В свои тридцать шесть она действительно осталась совсем одна. У Джона была страна, у Ди Маджио - другая женщина, пьесы Миллера ставились по всему миру. Может быть, тогда попытать счастья с Робертом? Хотя нет, терять время с кланом Кеннеди больше не входило в ее планы. О стальном характере всех представителей мужской части этой знаменитой фамилии кто-кто, а она знала на собственном опыте. И вовсе не после неудач с Джоном и Бобби. О том, что Кеннеди всегда играли, играют и будут играть по собственным правилам, Мэрилин поняла после одного из дней рождения Кеннеди-старшего. Тот каждый год отмечал праздники в одном и том же ресторане. А после того, как хозяин заведения забыл поздравить его и прислать в подарок фирменный шоколадный торт, немедленно вызвал шеф-повара и дал ему денег на открытие ресторана-конкурента, через какое-то время и вправду разорившего некогда столь любимый семейством ресторан. Мэрилин вообще воспринимала Кеннеди-старшего как отца. Как он скажет, так оно и будет. Родного отца Монро никогда не видела. Когда она, еще молоденькая и никому не известная актриса, захотела встретиться со Стенли Гриффордом, тот передал ей через секретаршу: "Пусть эта дамочка обращается к моему адвокату". Когда же Мэрилин стала суперзвездой и Гриффорд, тяжело больной и одной ногой находившийся в могиле, сам захотел повидать дочь, Монро отплатила ему его же оружием. "Пусть он обращается к моему адвокату", - ответила она медсестре, пытавшейся убедить ее навестить умирающего. 17 часов 27 минут Правда, последнее время Кеннеди-старший делал вид, что не знает Мэрилин. Актрисы по имени Монро для него больше не существовало. А может, ее и вправду больше не было? Студия "Фокс", с которой она работала над своей очередной, оказавшейся опять-таки последней, картиной, отказалась от ее услуг. Вердикт руководства был жесток: "Сумасшедшей не место на площадке". Для Мэрилин эта фраза была жестока вдвойне, так как преследовала ее всю жизнь. Детский дом, в котором она воспитывалась, находился рядом с лечебницей для умалишенных. И когда больные забредали на детскую площадку, изо всех окон слышалось грозное: "Прочь отсюда. Сумасшедшим не место на площадке". Маленькая Норма Джин Мертенсон (именно так звали в приюте будущую кинозвезду) от боли и страха буквально вжималась в стену - более страшных слов она тогда не знала. Теперь она услышала их и в свой адрес. Ее, похоже, и вправду стали считать сумасшедшей. Даже продавщица не позволила ей - ей, Мэрилин Монро, - примерить понравившуюся кофточку из-за того, что на ней не было нижнего белья и она могла испачкать дорогую тряпку. Но продавщица ладно. Мэрилин несколько раз ударила ее и забыла. А вот как быть с остальными? Может, она и впрямь сумасшедшая? Говорят же, что эта болезнь передается по наследству... Нет, об этом она лучше подумает завтра. Кажется, так говорила героиня из ее любимых "Унесенных ветром". А сегодня у Мэрилин - день рождения. И она будет его праздновать. Сколько там у нее сегодня гостей? Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь... P. S. Ответ на вопрос о прокручивающейся перед самоубийцами жизнью Монро получит два месяца спустя - 4 августа. Розовые "друзья" ее не подведут. Морг, в который доставят тело Мэрилин, находился неподалеку от ее детского дома и больницы для умалишенных. Говорит Монро: "Голливуд - это место, где тебе заплатят тысячу долларов за поцелуй и гроша ломаного не дадут за твою душу. Я это знаю потому, что я слишком часто отвергала первое предложение, а моя душа не продается". "Я много времени проводила на коленях". "Женщина из меня не получилась. Мои мужчины из-за моего образа секссимвола, созданного ими и мной самой, слишком многого ожидают от меня. Ожидают так много, что я не могу соответствовать их ожиданиям. Они ожидают, что зазвонят колокола и засвистят свистки, но моя анатомия ничем не отличается от анатомии других же". "Всю жизнь я принадлежала только зрителю. Не потому, что великая, а потому что никому другому я была не нужна". Фото Рейтер, Интерфото / Photas, Fotobank.com / Rex Features , Самая желанная женщина в мире была и самой одинокой, Поняв, что с Джоном у нее нет будущего, Монро закрутила роман с его братом Бобби (Джон и Роберт Кеннеди), Первым мужем красотки стал бейсболист Джо Ди Маджио, В том, что ее не забудут, Мэрилин не сомневалась , Семейная жизнь с драматургом Артуром Миллером у Мэрилин не задалась , Мэрилин вообще воспринимала Кеннеди-старшего как отца. Как он скажет, так оно и будет. Родного отца Монро никогда не видела , После смерти актриса стала иконой. Этот титул за ней закрепил Энди Уорхол, Мэрилин мечтала сыграть Грушеньку в "Братьях Карамазовых". А ей предлагали роли недалеких блондинок, АиФ Суперзвёзды http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/28_01 http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/28_01?comment http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/28_01 Игорь ОБОЛЕНСКИЙ Mon, 25 Jun 2007 05:00:00 GMT Культура Она стала первой кинозвездой Советского Союза, сыграв всего пять главных ролей в фильмах: "Веселые ребята", "Цирк", "Волга-Волга", "Светлый путь", "Весна". Сегодня эти картины, некогда сводившие с ума все население огромной империи, вызывают лишь наивную улыбку. Но их все равно смотрят. А значит, магия Орловой по-прежнему действенна... Она стала первой кинозвездой Советского Союза, сыграв всего пять главных ролей в фильмах: "Веселые ребята", "Цирк", "Волга-Волга", "Светлый путь", "Весна". Сегодня эти картины, некогда сводившие с ума все население огромной империи, вызывают лишь наивную улыбку. Но их все равно смотрят. А значит, магия Орловой по-прежнему действенна... * * * * * * С середины восьмидесятых самым популярным местом в элитном дачном поселке Внуково, что всего в двух десятках километров от Москвы, была... свалка. Да-да, самая что ни на есть свалка, куда знаменитые дачники выбрасывали ненужные вещи. Популярность на свалку " обрушилась" после того, как один из строителей, работающий на чьей-то даче, обнаружил там среди множества доживающего свой век хлама красивый сафьяновый альбом. Открыв который, мужчина остолбенел: с пожелтевших страниц альбома на него смотрела изумительной красоты женщина, в которой он без труда узнал обожаемую миллионами зрителей Любовь Орлову... * * * * * * Популярность пришла к ней зимой 1934 года, когда в Москве состоялся первый показ комедийного фильма молодого режиссера Григория Мормоненко, более известного по фамилии Александров, "Веселые ребята". Поначалу высокому начальству, пришедшему на премьеру, картина категорически не понравилась. "Это хулиганский и контрреволюционный фильм", - заявил тогдашний нарком просвещения Бубнов и категорически запретил выпускать ленту в широкий прокат. Один из авторов сценария "Веселых ребят" Николай Эрдман к тому времени уже находился в местах не столь отдаленных (его имя отсутствовало и в титрах). Но за "Веселых ребят" неожиданно вступились начальник Главного управления культуры Б. Шумяцкий и писатель Максим Горький, убедившие Сталина лично посмотреть фильм. Как известно, вождь приехал к Горькому, посмотрел комедию и пришел в восторг: "Посмотрел, точно в отпуске побывал". В результате картина пошла одновременно во всех кинотеатрах СССР и была послана на кинофестиваль в Венецию, где имела такой громадный успех, что песню "Сердце, тебе не хочется покоя..." начали распевать даже венецианские гондольеры... Снять комедию Александров задумал после возвращения из Америки, где он со своим другом Сергеем Эйзенштейном, вместе с которым они работали над великим "Броненосцем "Потемкиным", изучали опыт заокеанских коллег. И если главная мужская роль Кости Потехина изначально писалась на солиста ленинградского мюзик-холла Леонида Утесова, то с кандидатурой на роль Анюты у режиссера возникло немало проблем. Александров обошел все столичные театры, изучил анкеты всех молодых актрис, числящихся в картотеках фабрики "Мосфильм", и уже было пришел в отчаяние, когда ему сказали, что в подмосковном совхозе есть одна талантливая девушка-трактористка, которая и поет, и танцует, и собой весьма и весьма недурна. Григорий Васильевич отправился в тот совхоз, повстречался с девушкой и тут же утвердил ее на роль Анюты. Однако карты смешал директор совхоза, примчавшийся на "Мосфильм" и чуть ли не силой уведший с площадки свою подопечную: "Ей пахать надо, а вы с каким-то кино пристаете". * * * * * * О том, как в жизни Александрова возникла Любовь Орлова, существуют две версии. Согласно первой, рассказанной самим Григорием Васильевичем, он увидел Любовь Петровну в спектакле "Перикола" музыкальной студии Немировича-Данченко, в которой Орлова играла главную роль. Театралы тридцатых судачили, будто в Орлову был безумно влюблен руководитель студии, великий Немирович-Данченко. Но Любочка взаимностью на чувства своего художественного руководителя отвечать не спешила. "С ним же тогда жить придется, - отшучивалась она. - А я и так своего добьюсь". Встреча с Александровым доказала правоту ее слов. Увидев 30-летнюю актрису, Григорий Александров понял, что наконец нашел свою Анюту. "На следующий день мы пошли в Большой театр на торжества, посвященные юбилею Леонида Собинова, - вспоминал режиссер. - Во время концерта, в котором участвовали все тогдашние оперные знаменитости, я острил и предавался воспоминаниям... И на банкете продолжал азартно рассказывать ей о задуманных озорных сценах будущего фильма "Веселые ребята". Она с ужасом слушала. Я говорил и говорил, надеясь убедить ее, потому что на мое предложение сниматься она сказала: "Нет". Кончился банкет, мы вышли на улицу и до рассвета бродили по Москве. В конце концов она согласилась сниматься в моем фильме, но прежде спросила: "Я чувствую, что мы часто будем спорить. Это не помешает работе?". Я и сам это чувствовал, но что мне оставалось делать? Я, конечно же, произнес расхожую мудрость: "В спорах рождается истина". Однако, по мнению современников режиссера, рассказ Григория Васильевича выглядит слишком уж красивым. Да и склонность Александрова к сочинению всевозможных баек ("Я тут Молотову звонил, и он мне по секрету сообщил..." - одна из самых частых присказок знаменитого режиссера веселила всех его друзей) заставляет усомниться в категоричности, с которой Любовь Петровна отказывалась сниматься. Знакомые актрисы, напротив, утверждали, что Орлова мечтала получить роль Анюты. Но кинопробы с ее участием Александрову не понравились, и он завернул кандидатуру Орловой. Тогда Любовь Петровна уговорила свою близкую подругу Любовь Степанову, хорошо знавшую Александрова, пригласить того в гости. Не успел Григорий Васильевич, принявший приглашение, выпить чашку чая, как в дверях степановской квартиры появилась Орлова. И еще через мгновение у хозяйки дома обнаружились неожиданные дела, и она, оставив актрису и режиссера наедине, убежала. Когда она вернулась, Любовь Петровна обратилась к ней со счастливой улыбкой: "Представляешь, Григорий Васильевич предложил мне главную роль в его новом фильме". Как бы там ни было на самом деле, на роль Анюты Орлова действительно была утверждена. Любовь Петровна немедленно подписала трудовое соглашение, абсолютно не обратив внимание на сумму гонорара, который ей полагался за съемки в "Веселых ребятах". Когда одна из подруг указала Орловой на ничтожность вознаграждения, та лишь отмахнулась: "Да такую роль я и бесплатно готова играть". - Ну, хоть Александрову скажите - может, он урезонит директора,- пыталась наставить актрису на путь истинный более искушенная в делах финансовых подруга. - Ну, вот еще - жаловаться! Он может подумать, что я жадная, склочная. Еще сниматься не начала, а уже цену себе набиваю. - Ох, Любочка, не будет вам счастья! Это - кино. Здесь никто ваши жесты не оценит. Еще и посмеются над вами. Здесь уважают характер, а вы - цирлих-манирлих. - А вот снимусь - увидим, какая я! * * * * * * Снимали "Веселых ребят" в Гаграх. Александров приехал на съемки с женой и маленьким сыном Дугласом, названным в честь американского актера Дугласа Фербекса. (Когда иностранные имена выйдут из моды, Александров "переименует" сына в Василия.) Любовь Петровна тоже была не одна - компанию ей составлял дипломат из Австрии, роман с которым начался еще в Москве и которого все в съемочной группе считали ее мужем. Однако все время вне съемочной площадки Орлова проводила с Александровым. Первым "поле боя" покинул австриец, вслед за ним в Москву укатила и семья Григория Васильевича. Режиссер и актриса, и до того не скрывавшие своих отношений, открыто стали жить вместе... Вскоре после премьеры "Веселых ребят" Александров и Орлова поженились, поэтому приглашение на прием в Кремль им доставляли уже по одному адресу. Об их браке говорили разное. Многим не давал покоя тот факт, что друг к другу супруги обращались исключительно на "вы", а спать предпочитали в разных комнатах. При этом ни в одном из своих фильмов (а так как снималась Орлова в основном у мужа, другие режиссеры просто не решались ее приглашать), Александров не позволил ей целоваться с партнерами. На вопрос о том, почему у них нет детей, Григорий Васильевич отвечал так: "Сначала она не хотела, а потом не могла". А Любовь Петровна отделывалась шуткой: "У меня уже есть ребенок - Григорий Васильевич даст фору ста маленьким детям, за ним тоже глаз да глаз нужен". * * * * * * После триумфа "Веселых ребят" лицо Орловой стало почти иконой. Миллионы советских женщин прикладывали массу усилий, дабы хоть немного походить на любимую актрису. У психиатров даже появился специальный термин - "синдром Орловой", означавший патологическую страсть пациенток, даже ценой собственного здоровья стремившихся подражать Орловой. С ростом 1 м 58 см и талией в 43 см Любовь Петровна была труднодостижимым идеалом. Даже в Иране, куда Орлова (первой из советских актрис начавшая гастролировать за рубежом) в 1942 году ездила с выступлениями, вызвала настоящий бум - черноволосые жительницы Тегерана, как одна, захотели стать блондинками. Рассказывают, что Лаврентий Берия, посмотрев во время войны "Боевой сборник" с участием Орловой, не удержался от реплики: "Ого! А у нее, оказывается, есть "за что" и есть "во что"!" Кстати, за работу над "Веселыми ребятами" Григорий Васильевич и Любовь Петровна получили по ордену, а Леониду Утесову, чьи эпизоды и так были значительно сокращены в пользу Орловой, достался... фотоаппарат. Во время торжественного приема в Кремле, который устраивался в честь деятелей искусства - орденоносцев, Сталин неожиданно подошел к Орловой и предложил: "Выполню любое ваше желание. Просите". Секретарь, стоя за спиной вождя, приготовился записывать перечень требований кинозвезды - машину, дачу, квартиру. А Любовь Петровна попросила сообщить о судьбе ее первого мужа Андрея Берзина, заместителя наркома земледелия, арестованного несколько лет назад. Через несколько дней актрису пригласили на Лубянку. "Гражданин Берзин отбывает ссылку в Казахстане. Если хотите, вы можете отправиться к нему", - сказал принимавший Орлову чиновник НКВД. Любовь Петровна поблагодарила генерала за информацию и поспешила покинуть кабинет... * * * * * * Окончательно статус первой актрисы страны закрепился за Любовью Петровной после выхода на экраны фильма "Цирк". Такого сумасшедшего успеха, который выпал на долю этой комедии, не ожидал никто. В течение нескольких дней актриса в буквальном смысле возвышалась над Москвой. Фигура Орловой в образе Марион Диксон была установлена на колокольне Страстного монастыря (ныне на его месте находится кинотеатр "Пушкинский") - одном из самых высоких сооружений в центре города по тем временам. Орлова - ее портреты, голос, афиши - была везде. Нередко сама Любовь Петровна страдала от этого. Приезжая на гастроли, она не могла отдыхать ни перед, ни после концертов - по всем улицам огромной страны были развешены громкоговорители, из которых раздавались песни в исполнении Орловой. Однажды, когда ее попросили дать внеочередной, четвертый за день концерт для чекистов, актриса поставила условие - выключить день и ночь льющуюся из "тарелок" музыку. В Ленинграде премьерные показы "Цирка" совпали с гастролями Художественного театра. Автомобиль с корифеями МХАТа не мог свободно передвигаться по городу - центр Ленинграда был запружен поклонниками Орловой, толпы которых блокировали автомобильное движение. Попав в очередную пробку, Иван Москвин, один из ведущих актеров МХАТа, объявил сидящей рядом с ним Алле Тарасовой: "Да-а, синема!" Во время пребывания Орловой в других городах Советского Союза киношникам приходилось чуть ли не умолять руководителей автокомбинатов выделять Любовь Петровне хорошие автомобили. Дело в том, что возбужденная толпа поклонников, поджидая актрису после концертов, не раз выводила лимузины из строя, царапая их или оставляя вмятины на обшивке. В конце концов водители попросту стали отказываться возить Орлову... Идея снять "Цирк" родилась у Александрова после того, как в московском мюзик-холле он увидел обозрение "Под куполом цирка". В качестве соавторов сценария Григорий Васильевич пригласил писателей Илью Ильфа и Евгения Петрова. А те, в свою очередь, привлекли к работе Валентина Катаева. Правда, в самом разгаре написания сценария писательский дуэт отбыл в Америку и Александров обратился за помощью к другому легендарному писателю - Исааку Бабелю. Кстати, именно знаменитые авторы "Двенадцати стульев" заставили Орлову произнести ставшую крылатой фразу о возрасте. "Сколько же вам лет, Любовь Петровна?" - спросили писатели, узнав, что у актрисы хранится экземпляр повести Льва Толстого с автографом автора. "Маленькая собачка до старости щенок", - ответила Орлова и показала язык. В основе "Цирка" лежит история об американской актрисе Марион Диксон, имеющей чернокожего ребенка и из-за этого вынужденной терпеть издевательства своего антрепренера Кнейшица. Свободу и счастье Диксон обретает после того, как оказывается в Советском Союзе и встречает бравого артиста Мартынова. Как потом написала шведская газета, героиню фильма спас "статный ариец Столяров". Надо отдать должное режиссеру, сумевшему из этой откровенно пропагандистской истории ("все самое лучшее - это советское") сделать веселый фильм о любви. Во время съемок сцены чечетки ("Мэри верит в чудеса! Мэри едет в небеса!"), выбиваемой Орловой на пушке, киношники не предусмотрели, что из-за расположенных внутри орудия софитов стекло может нагреться. А ведь актрисе, облаченной в облегающее трико, предстояло не только танцевать на нем, но и сидеть. Когда сама Любовь Петровна почувствовала под собой раскаленное стекло, было уже поздно - съемка началась. Орлова честно выбила чечетку, а потом с обворожительной улыбкой уселась на обжигающую площадку и допела песню. Потом, правда, по ее собственным словам, "три дня в туалете орлом сидела". А эпизод с "раскаленными танцами" так и вошел в фильм. Актриса вообще проявляла чудеса героизма и стойкости. Во время съемок самого первого эпизода, в котором ее героиня с младенцем на руках бежит за уходящим поездом, Орлова оступилась и на бегу упала на рельсы, уронив одеяльце с ребенком. Киношники замерли от ужаса, думая, что Любовь Петровна могла пораниться. А значит, работу придется приостановить. Каково же было их изумление, когда Орлова как ни в чем не бывало поднялась на ноги и, потирая ушибленное колено, улыбнулась: "Как там мой маленький? Жив-здоров?" Через мгновение ей протянули сверток с завернутым в одеяло поленом, "исполнявшим" роль сына-негритенка, и съемки продолжились. По традиции тех лет, первым зрителем новой картины стал Сталин. Ему вторая лента Александрова тоже понравилась, после чего имя режиссера стало для всех священным, а сам Григорий Васильевич - неприкосновенным. Теперь только вождь мог позволить шутить в его адрес: "Берегите Любовь Петровну. Иначе - мы вас расстреляем!" * * * * * * В актерском мире к Любови Петровне относились неоднозначно. Так, Рина Зеленая как-то сказала об Орловой: "Лицо у нее было противное, пока за него не взялся Григорий Васильевич". Говорят, Екатерина Васильевна (а именно так звучит полное имя актрисы) была влюблена в Александрова и весьма ревниво относилась к его законной супруге. Впрочем, и Фаина Раневская, с которой Орлову связывали годы нежной дружбы, тоже не лезла за словом в карман: "Орлова, конечно, великолепная актриса. И дисциплинированность ее поражает. Но вот голос... Когда она поет, кажется, будто кто-то ссыт в пустое ведро". В конце жизни Фаина Георгиевна рассказывала, как ее домработница, воспользовавшись тем, что Любовь Петровна засиделась в гостях у Раневской, решила пойти на свидание в роскошной шубе Орловой. Когда кинодива собралась домой и обнаружила пропажу шубы, то не стала поднимать скандал. А вернулась в комнату и проболтала с хозяйкой дома до возвращения предприимчивой домработницы. "Сказать, что Орлова - добрый человек, - заметила тогда Раневская, - это все равно что признать, будто Лев Толстой - писатель не без способностей". "В одном провинциальном городке, - рассказывает автор одной из лучших книг об актрисе Дмитрий Щеглов, - женщина проводила на войну мужа и двух сыновей. И в честь каждого недалеко от дома посадила по тополю. Деревья прижились. А сыновья и муж погибли. Тополя растут быстро. У каждого было имя, повадки и голос, который женщина узнавала, когда налетал ветер. Прошло время, тополя стали совсем большими, они закрывали дом от дороги, от летевшей с нее пыли. Никакой другой пользы от них не было. Это женщине объяснили те, кто пришел к ней с топорами и пилами: дорогу расширяли, тополя надо было уничтожить. Но она знала, что когда начнут рубить, сердце у нее разорвется. Об этом она и написала в своем письме актрисе. А через несколько дней в город приехала Орлова. После концерта она показала местным бонзам (устроившим ей грандиозный по районным масштабам прием) письмо вдовы, и все решилось за пару минут. Тополя оставили в покое". * * * * * * В сороковых-пятидесятых Орлова и Александров были одной из самых обеспеченных пар Советского Союза. Об их шикарной даче во Внуково с огромным каминным залом по Москве ходили легенды. Жалобу Любови Петровны на то, что "так хочется во Внуково, а опять приходится лететь в Париж за перчатками", передавали из уст в уста. Для того чтобы финансировать постройку подмосковного имения (к дому прилегал 1 гектар грибного леса), Орлова начинает гастролировать по стране, требуя с организаторов концертов по 3000 рублей за выступление ( в то время как высшая концертная ставка составляла 750 рублей). Поначалу перечить ей никто не смел. Но потом кто-то написал письмо в ЦК партии. Лишь благодаря высоким связям статья "Недостойное поведение", опубликованная в газете "Советское искусство", не имела для знаменитости печальных последствий. Гостями во Внуково становились самые знаменитые люди не только Советского Союза, но и мира. Так, буквально на несколько часов к Орловой и Александрову заезжала Марлен Дитрих. А великий Федерико Феллини, который вместе с Джульеттой Мазиной во время одного из Московских кинофестивалей был приглашен во Внуково, оставил одно из самых лучших высказываний о красоте хозяйки дома. В тот день, по воспоминаниям очевидцев, была плохая погода и Григорий Васильевич то и дело жаловался на накрапывающий дождик. Но стоило на крыльце появиться Любови Петровне, как Феллини воскликнул: "Кто сказал, что погода плохая? Вот и солнышко!" * * * * * * Ночью 23 января 1975 года в роскошной квартире на Большой Бронной раздался телефонный звонок. Звонила Любовь Орлова, умирающая от рака в кремлевской больнице. "Гриша, что же вы не приезжаете ко мне? Приезжайте, я жду". Александров лихорадочно оделся, вызвал шофера и помчался к жене. Через сорок минут он был у ее постели. "Как вы долго..." - увидев его, с упреком сказала она. Это были ее последние слова... За год до смерти Любовь Петровна начала сниматься в своем последнем фильме "Скворец и лира". Согласно сценарию, в одном из эпизодов семидесятидвухлетняя кинозвезда, играющая 20-летнюю девушку, должна была появиться в подвенечном платье. Фильм на экраны так и не вышел. Битва с возрастом была проиграна. Однажды по возвращении домой с озвучания "Скворца и лиры" у Орловой началась рвота. Врачи Кунцевской больницы, куда доставили знаменитую пациентку, решили, что у нее камни в желчном пузыре, и назначили день операции. "Странно, что у меня такой маленький шов", - удивлялась после операции Любовь Петровна и показывала близким коробку с камнями, которые якобы у нее удалили. Однако никаких камней у Орловой не было. Сразу после операции хирург позвонил Александрову и сообщил, что у Любови Петровны рак поджелудочной железы. Но чтобы успокоить актрису, ей показали камни, вырезанные у другого больного. А она ничего не знала и чувствовала себя гораздо лучше. В один из дней даже попросила привезти в палату балетный станок, у которого привыкла начинать каждый свой день. Александров привез станок, и его умирающая супруга по полтора часа в день занималась гимнастикой. Стонала от боли, но продолжала. "Абсолютно не боюсь умирать. Я устала жить", - как-то сказала Орлова знакомой, пришедшей навестить ее в больницу. А потом добавила, что прекрасно знает, ЧТО у нее на самом деле, хотя диагноз от нее скрывали... Григорий Васильевич через год похоронил сына от первого брака и женился на его супруге. Женщина, которую Любовь Петровна не пускала и на порог своего дома, стала полновластной хозяйкой и московской квартиры, и внуковской дачи. Когда в 1983-м не станет самого Александрова, вдова не разрешит похоронить его в одной могиле с Любовью Петровной. Квартиру и дачу продадут, а бесценный архив первой советской кинозвезды выбросят на помойку... * * * * * * ...Весть о том, что на свалке валяются личные вещи и письма Орловой, мигом облетела подмосковный поселок. Дачники приходили, с любопытством перелистывали валяющиеся альбомы и книги. Пока во время одной из санобработок архив, который Любовь Петровна собирала всю свою жизнь, не был сожжен. Знаменитое имение первой советской кинопары стали сдавать в аренду. Поначалу в доме сохранялся интерьер, придуманный Орловой. Но со временем о былых владельцах стал напоминать лишь забытый в кладовке портрет хозяйки, пробитый чьей-то ногой. Фото ИТАР-ТАСС, РИА-НОВОСТИ , Блондинкой Орлова стала лишь после встречи с Александровым, Как писала зарубежная пресса, "героиню "Цирка" спас статный ариец Cтоляров", Монета, выпущенная к 100-летию актрисы, стала редкостью у нумизматов, У психиатров появился специальный термин - "синдром Орловой", означавший патологическую страсть пациенток подражать Орловой, Ни в одной из картин актриса не целует своих партнеров (кадр из х/ф "Волга-Волга"), Кадр из х/ф "Светлый путь", В актерском мире к Любови Петровне относились неоднозначно (кадр из х/ф "Волга-Волга"), Афиша о выступлении Орловой могла остановить панику в осаждаемом фашистами городе, Орлова и Александров были одной из самых обеспеченных пар Советского Союза, В фильме "Встреча на Эльбе" актриса сыграла роль американской журналистки, АиФ Суперзвёзды http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/36_01 http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/36_01?comment http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/36_01 Игорь ОБОЛЕНСКИЙ Mon, 25 Jun 2007 05:00:00 GMT Культура Официально будущая кинодива появилась на свет в 1901 году, хотя накануне своего девяностолетия она попытается доказать, что на самом деле родилась на четыре года позже. Школа ее никогда не интересовала, и она забросила учебу задолго до получения аттестата зрелости. Впрочем, и пустышкой она не была никогда. Еще будучи школьницей, Марлен написала в альбоме подруги: "Счастье в конце концов приходит к усердным". В 1991 году в парижской квартире Марлен Дитрих на авеню Монтень раздался звонок консьержа: "К вам приехал Майкл Джексон". Марлен недоуменно спросила: "Майкл какой? Кто это?" Служитель принялся объяснять, что Джексон - самый популярный в мире певец и он приехал к актрисе, чтобы взять у нее интервью. "Он на белом лимузине и у него с собой обезьянка", - закончил описание гостя консьерж. "Передайте, что я не даю интервью обезьянкам", - сказала Дитрих и повесила трубку... * * * * * * Официально будущая кинодива появилась на свет в 1901 году, хотя накануне своего девяностолетия она попытается доказать, что на самом деле родилась на четыре года позже. Школа ее никогда не интересовала, и она забросила учебу задолго до получения аттестата зрелости. Впрочем, и пустышкой она не была никогда. Еще будучи школьницей, Марлен написала в альбоме подруги: "Счастье в конце концов приходит к усердным". С ранних лет девушка обожала две вещи - музыку и кино. Разузнав адрес кинозвезды начала века Хенни Портен, она каждый день приходила под ее окна и играла для нее серенады на скрипке. А потом устроилась в оркестр местного кинотеатра, из которого была вскоре уволена, так как, по мнению дирижера, девушка отвлекала музыкантов своими потрясающими ногами. Ноги Марлен покоряли не только оркестрантов. Вскоре им станет поклоняться весь мир. А пока, устроившись в один из театров, Дитрих выходит на сцену, ложится и делает "велосипед". В свободное от спектаклей время снимается в рекламе колготок. Вокруг Дитрих рождается первый слух - ее ноги застрахованы на 1 миллион марок. Дебют в кино в 1922 году в фильме "Маленький Наполеон" не стал для актрисы судьбоносным. Позже Марлен напишет, что, увидев себя на экране, воскликнула: "Боже, я выгляжу как волосатая картофелина". Выйдя за год до этого замуж за Рудольфа Зибера и родив дочь, Дитрих не думала связать с кино свою жизнь. Она знакомится со звездой кабаре Клер Вальдофф, которая берет ее под свое крыло. Именно Клер научила Марлен очаровывать публику песней, не обладая при этом значительным голосом. Из-за отношений с Клер, не делавшей секрета из своей любви к женщинам, о Дитрих начинают говорить еще больше. Она открыто вращается в бисексуальных кругах Берлина, на публике появляется во фраке и с моноклем. Но пока Марлен лишь "одна из". Судьбоносным стала встреча с известным режиссером фон Штернбергом в одном из кафе, в котором Дитрих сидела в перерыве между съемками очередного пустячкового фильма. Штернберг потом напишет, что сразу увидел, как она умна. Редкое качество для актрисы, тем более такой красивой. Они обменялись взглядами, и фон Штернберг пригласил ее поужинать. Дитрих не пришла. Режиссер повторил приглашение. Марлен не появилась в ресторане и на этот раз. Заинтригованный Штернберг, которому до этого никто не смел отказать, лично приехал к актрисе и спросил, в чем дело. "А на предмет чего вы хотите со мной встретиться?" - несколько надменно поинтересовалась она. Это решило все. Режиссер как раз искал исполнительницу на роль в своем новом фильме "Голубой ангел" и решил попробовать Марлен. Такого сногсшибательного успеха, который будет иметь картина во всем мире, не ожидал никто! Штернберг вместе с двадцативосьмилетней Дитрих уезжают в Голливуд, где с нетерпением ожидали появления заморской знаменитости. По сценарию фильма она должна была появиться на съемочной площадке в мужском костюме - для Америки это было шоком. Впрочем, не только для нее. В Монте-Карло Дитрих был запрещен вход в казино, в Лондоне приходилось переезжать из отеля в отель, администрация которых не решалась поселить у себя актрису, открыто рассказывающую о своих лесбийских увлечениях. В Париже Марлен, расхаживающую в брюках, в любую минуту могла арестовать полиция. Дитрих делает вид, что ей нет никакого дела до реакции публики. На самом же деле это была игра. Марлен не могла без зрителей и была настолько актрисой, что начинала играть, даже если в комнату заходила кошка. Ее первый американский фильм "Марокко" имеет огромную кассу, пластинки с хрипловатым голосом расходятся бешеными тиражами. Марлен покупает себе дом в Голливуде: роскошную виллу, обитую изнутри белым - ее любимым цветом - мехом. Режиссеров и продюсеров она обычно принимает в пеньюаре, "который просвечивал все, кроме амбиций". Любовница - боксер Во время одной из поездок в Европу Марлен знакомится с Ремарком. Поначалу писатель отнесся к ней как к легкомысленной певичке и был удивлен, заметив в руках актрисы томик стихотворений Рильке. А Дитрих, поймав удивленный взгляд писателя, протянула ему книгу и предложила выбрать любое произведение поэта, которое вызвалась тут же прочесть наизусть. Разумеется, Ремарк не мог не влюбиться в "стальную орхидею", как он потом назовет Марлен. Отношения актрисы со своим законным мужем были более чем странными. Рудольф жил с русской эмигранткой Тамарой Красиной в доме, который для них снимала Марлен. Но зато Рудольф взял на себя воспитание дочери. Отвлечься от романа с Ремарком Дитрих заставила публикация списка самых популярных и кассовых актрис Голливуда, в котором ей отводилось... 137-е место. Утешение Дитрих ищет в объятиях балерины Веры Зориной, к которой периодически наезжает в гости в Санта-Барбару на своем роскошном "роллс-ройсе". Общение с балериной не прошло для нее даром - поклонявшаяся в детстве Айседоре Дункан, Дитрих однажды танцует в балете партию... железной дороги. На голливудский олимп актрису вернула главная роль в фильме Джо Пастернака "Дестри садится в седло". Гитлер, пришедший к власти в Германии, мечтает видеть всемирно известную Дитрих среди своих верноподданных. Он посылает за ней Геббельса, приказав любой ценой вернуть актрису на родину. Но Марлен остается в Америке и принимает американское гражданство. Теперь она выводит новую формулу счастья: "Оно приходит только к тем, кто свободен духом". Она отказывается даже от родной сестры за то, что та активно поддерживает нацистов. До последних дней актриса будет утверждать, что была единственным ребенком в семье. Незадолго до начала войны в Париже Дитрих влюбляется в Габена и уговаривает его переехать в Америку. Специально для него каждый день готовит обеды и до блеска чистит дом. Идиллию разрушит война. При первой же возможности Габен отправится на фронт, а чуть позже за ним последует и Марлен. Они встретятся прямо на поле боя. Габен встретил сияющую от счастья возлюбленную грозным окликом: "Какого черта ты здесь делаешь?" Он безумно любил Дитрих, предлагал выйти за него замуж и очень хотел детей. Но Марлен по-прежнему оставалась женой Зибера, и гражданский брак с Габеном ее вполне устраивал. Получив приглашение на съемки в Нью-Йорк (у них не было денег, и гонорар в 100 000 долларов был весьма кстати), она, не раздумывая, принимает его, оставив Габена. То, что ее любимый Жан сможет уйти, казалось ей дикостью. Да, Габен был ревнив. Во время приступов ревности - далеко не всегда беспочвенных - он мог и ударить Марлен. Впрочем, она тоже не оставалась внакладе. Обучившись у Хемингуэя нескольким боксерским приемам, Марлен легко нокаутировала любимого. Но отъезда в Нью-Йорк он ей не простил. В считаные дни Габен женился на 18-летней манекенщице, которая родила ему троих детей. Марлен не верила, что все кончено. Тщетно искала встреч, вместе с Жаном Маре ходила на бесконечные просмотры фильмов с Габеном, а узнав, что тот купил место под могилу в Нормандии, приобрела для себя соседний участок. Киношникам Дитрих вскоре стала неинтересна. "Какая Дитрих? Это уже история", - рассуждали продюсеры. И Марлен начинает свое турне по Европе. В 1963 году она посетила Советский Союз и дала по концерту в Москве и Ленинграде. В Москве она выступала в Театре эстрады, попасть в который можно было с большим трудом. Ведущий сказал всего два слова: "Марлен Дитрих", и появилась сказочная женщина. С идеальной фигурой, у которой не было ничего лишнего, словно Микеланджело отсек все ненужное. Она носила корсет с каучуковыми прокладками, создававшими иллюзию божественной фигуры, который для нее сделала русская балерина Тамара Гамсахурдия. На ней было ее знаменитое платье, расшитое блестками, и лебяжье манто с царским шлейфом. Когда она подошла к микрофону, конец шлейфа был еще за кулисами. Марлен пела хрипловатым голосом по-немецки, по-английски, по-французски. Но публике было все равно, как она поет. На концерте в Ленинграде певица опустилась на колени перед Константином Паустовским. Растерявшийся писатель не знал, как реагировать. А 62-летняя красавица призналась, что у нее русская душа и она преклоняется перед всем русским. Аномальная бабушка Дитрих не любила рассказывать о себе и почти не давала интервью. Исключением стали лишь последние годы жизни, когда актрисе было нечем платить за квартиру и, будучи под угрозой выселения на улицу, она за 20 тысяч долларов согласилась ответить на вопросы журнала "Штерн". Когда ей указывали на несовпадения некоторых дат, Дитрих отвечала, что писала мемуары, а не дневник. Пресса отвечала актрисе тем же. В семидесятых годах перед концертами Дитрих одна из газет написала, что посещать выступления Дитрих могут только некрофилы. Ее называли "аномальной бабушкой", впервые в истории не побоявшейся выйти на сцену в просвечивающем платье "без верха". А когда прошел слух о ее смерти и Марлен позвонила журналистам и сказала, что она жива, один из журналов напечатал на обложке: "Дитрих звонит и предупреждает, что она еще жива". Единственный, кто получил "доступ к телу" легенды, был Максимилиан Шелл, познакомившийся с Марлен в начале шестидесятых на съемках фильма "Нюрнбергский процесс". Актриса категорически отказалась сниматься, позволив Шеллу записать их беседу на магнитофонную пленку. Ее любимыми словами были "вздор" и "об этом уже написано в моей книге". Минуты откровения наступали только после того, как домработница приносила ей лимон и "фирменный" чай в подстаканнике. Как потом оказалось, вместо чая в стакане был коньяк. Дневная норма Дитрих - три стакана. Выпить она любила всегда. В перерывах между песнями заходила за кулисы и делала по глотку шотландского виски или шампанского. Однажды она не рассчитала свои силы, и, излишне приложившись к виски, споткнулась и упала в оркестровую яму. Но переломы были для нее делом привычным. Поднявшись на сцену, Дитрих со сломанным плечом допела концерт. Врачам она неизменно отвечала: "Я пережила две мировые войны. Неужели меня остановит какой-то перелом?" Свои последние годы Марлен доживала в Париже в полном одиночестве. В ее квартире было две "специальные" стены - стена мертвых с фотографиями мужа, друзей, любовников и любовниц. И стена наград, на которой Марлен повесила французский орден Почетного легиона и американскую медаль Свободы. Из кинематографических премий она была только лауреатом "Тони". Единственный, с кем Марлен общалась, был писатель Ален Боске. "Я так боюсь одиночества, - говорила она ему. - Но это единственное доказательство моей независимости". О том, что Дитрих прикована к постели, стало известно только после безуспешных попыток домовладельцев выселить актрису из квартиры, а один из ее друзей был вынужден обратиться к властям. До этого Марлен, всегда сама отвечавшая на телефонные звонки, выдавала себя за собственную домработницу и сочиняла, что хозяйка за рулем собственного авто уехала в аэропорт. Она получала много писем, в том числе и из России, на некоторые из которых отвечала: "dla vas s liouboviou". Любила смотреть по телевизору выступления теннисистов - ей нравилось мелькание молодых крепких ног. Переживала, что у Бориса Беккера испортился характер, и радовалась за Жака Ширака, который встречался с Мадонной. В своих старых фильмах смотрела только титры и вспоминала имена мужчин, которые ее обнимали. В мемуарах она пишет, что "в мужчине ей нравится только две вещи - руки и губы. Все остальное - приложение". Жан Кокто называл ее "самой восхитительной и самой ужасной женщиной, которую он когда-либо знал". Сама Марлен была человеком без пола - и мужчиной, и женщиной одновременно. Она одинаково любила Ремарка и Пиаф, Габена и Зорину. Мумия Марлен Дитрих была и остается одной из самых ярких звезд ХХ века. У мужчин она вызывала желание обладать ею, а у женщин - подражать. При этом никогда не была большой актрисой и отдавала себе в этом отчет. Она знала цену своей красоте. И заплатила за нее дорогую цену. Перед тем как покорить Голливуд, ей пришлось удалить несколько коренных зубов и превратиться из полненькой и озорной девушки в стройную и загадочную женщину. Созданием мифа она занялась в 22 года, объединив свое имя Мария Магдалина в короткое Марлен, ставшее через несколько лет именем нарицательным для всего сексуального и красивого. Из-за чрезмерного курения у нее было нарушено кровообращение, сильно опухали ноги. Но Дитрих, отработав двухчасовой концерт (овации иногда продолжались 62 минуты), парила распухшие ноги в соленой воде, вновь надевала туфли на высоком каблуке, взбиралась на крышу машины и раздавала автографы. Больше всего в жизни она боялась, что кто-нибудь из зрителей кинет яйцо в ее лебяжье манто. И никогда не чувствовала страха перед выходом на сцену. "Они же заплатили деньги, чтобы посмотреть на королеву мира. А я она и есть", - говорила она. Дитрих думала о смерти без страха. "Надо бояться жизни, а не смерти". Когда Стивен Спилберг прислал ей в подарок свою афишу с признанием в любви, она отослала ее дочери: "После моей смерти продашь на аукционе. Мертвая я буду стоить дороже. И ни в коем случае не плачьте, когда я умру. Оплакивайте меня сейчас". Умерла актриса внезапно, сразу после ухода врача, подтвердившего, что она здорова. Во Франции в этот день - 6 мая 1992 года - открывался Каннский кинофестиваль, символом которого была провозглашена Марлен. Говорили, что Дитрих сама срежиссировала свою смерть, отказавшись от еды. "Весь Париж увешан афишами с моим лицом. Пришло самое время вновь выйти на сцену". Последняя формулировка счастья звучала теперь так: "Счастлив тот, о ком помнят". , Марлен всегда была щедра к тем, кто действительно нуждался, Дитрих делает вид, что ей нет никакого дела до реакции публики. На самом же деле это была игра., При первой же возможности Габен отправится на фронт, а чуть позже за ним последует и Марлен. Они встретятся прямо на поле боя., Габен был ревнив. Во время приступов ревности - далеко не всегда беспочвенных - он мог и ударить Марлен, Последние годы Марлен доживала в Париже в полном одиночестве., Она знала цену своей красоте. И заплатила за нее дорогую цену. , В старых фильмах смотрела только титры и вспоминала мужчин, которые ее обнимали., Афиши фильмов Дитрих напоминали произведения искусства., АиФ Суперзвёзды http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/22_01 http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/22_01?comment http://gazeta.aif.ru/online/superstar/114/22_01 Игорь ИЗГАРШЕВ Mon, 25 Jun 2007 05:00:00 GMT Новейшая история За ней ухаживали Александр Вертинский и Сергей Прокофьев. А Владимир Маяковский мечтал видеть своей женой... Между тем в России о Татьяне Яковлевой почти ничего не известно. О романе с Владимиром Маяковским, случившемся в Париже в 1928 году, стали говорить только спустя сорок лет. Между тем поэт был по-настоящему влюблен. За ней ухаживали Александр Вертинский и Сергей Прокофьев. А Владимир Маяковский мечтал видеть своей женой... Между тем в России о Татьяне Яковлевой почти ничего не известно. О романе с Владимиром Маяковским, случившемся в Париже в 1928 году, стали говорить только спустя сорок лет. Между тем поэт был по-настоящему влюблен. Финал поэта С Яковлевой его познакомила сестра Лили Брик Эльза Триоле. В своих мемуарах сама Эльза напишет, что сделала это для того, чтобы Маяковский не скучал в Париже. Но существует мнение, что встреча была организована с другими целями - отвлечь поэта от родившей ему дочь американки Элли Джонс и задержать в столице Франции, где он щедро оплачивал житье-бытье Эльзы и ее спутника Луи Арагона. Финал этой истории известен: Маяковский влюбился в Татьяну и настойчиво принялся уговаривать ее выйти за него замуж. Чуть ли не сам думал перебраться в Париж. В итоге ему было отказано в выезде за границу. Одна из подруг Маяковского Наталья Брюханенко вспоминала: "В январе 1929 года Маяковский сказал, что влюблен и застрелится, если не сможет вскоре увидеть эту женщину". Эту женщину он не увидел. А в апреле 1930 года нажал на курок. Есть ли какая-нибудь связь между этими событиями - точно не скажет никто. Развязка случилась весной. А еще в октябре 1929 года Лиля в присутствии Маяковского вслух прочитала в письме сестры Эльзы о том, что Татьяна собирается замуж за виконта дю Плесси. Хотя на самом деле речь о свадьбе зайдет лишь месяц спустя. Яковлева до последнего дня не забудет Брик случая с письмом. И с горькой иронией однажды признается, что даже благодарна ей за это. В противном случае она, искренно любя Маяковского, вернулась бы в СССР и сгинула в мясорубке 37-го года. Девушка из рекламы Выехать в Париж Татьяне удалось в 1925 году благодаря своему дяде, популярному во Франции художнику Александру Яковлеву. Выпускник императорской Академии художеств, Яковлев за год до приезда Татьяны был удостоен ордена Почетного легиона. Оформить вызов для племянницы ему помог господин Ситроен, владелец автоконцерна, с которым художник согласился сотрудничать в обмен на ходатайство о Татьяне. Первые месяцы 19-летняя девушка провела на юге Франции, где лечилась от туберкулеза, заработанного в голодные послереволюционные годы в Пензе. А затем вернулась в Париж и поступила в школу моды. Вскоре Татьяна пробует свои силы в моделировании шляпок и преуспевает в этом. Никого не оставляет равнодушным и ее красота: афиши с лицом Яковлевой, рекламирующей тот или иной товар, развешаны по всему городу. Дядя вводит ее в мир светского Парижа. На ее глазах разворачивается роман Коко Шанель с великим князем Дмитрием Павловичем, она играет в четыре руки на рояле с Сергеем Прокофьевым, знакомится с Жаном Кокто, которого через несколько лет спасет от тюрьмы. Кокто, поселившегося в одном гостиничном номере с Жаном Маре, арестует полиция нравов. И Яковлева примчится в полицейский участок Тулона и заявит, что ее любовника Кокто арестовали по ошибке. Великого драматурга немедленно освободят. Общаясь с самыми выдающимися представителями русской культуры - за ней ухаживает Федор Шаляпин, свои рисунки дарят Михаил Ларионов и Наталья Гончарова, - встречу с Маяковским Татьяна восприняла совершенно спокойно. До наших дней дошли только письма поэта к ней. Корреспонденцию Татьяны, хранившуюся в архиве Маяковского, после его смерти уничтожила Лиля Брик. Так и не простившая ему "предательства" - посвящение своих стихов другой женщине. Брак с виконтом Бертраном дю Плесси стал для Яковлевой, по ее словам, "бегством от Володи". Она понимала, что Маяковского больше не выпустят за границу, и хотела нормальной семьи. И так же честно признавалась, что никогда не любила дю Плесси. В 1930 году у них родится дочь Фрэнсин. А еще через год Татьяна застанет в постели мужа другую женщину. На развод она не станет подавать только из-за дочери. Но семейная жизнь с Бертраном отныне будет лишь номинальной. Мгновенное притяжение К тому же у самой Яковлевой в скором времени появится новое увлечение - Александр Либерман. По иронии судьбы, знакомство с двенадцатилетним Алексом произойдет в первый год ее пребывания в Париже. У дяди Александра был роман с матерью Алекса Генриеттой Пакар, и он попросил племянницу присмотреть за мальчиком. Следующая встреча случится в 1938 году, когда Алекс и Люба Красина, дочь советского посла во Франции, на которой он собирался жениться, приедут отдохнуть на юг. Там же восстанавливала свои силы и Татьяна, попавшая за год до этого в автокатастрофу. Увечья женщины были такими страшными, что ее тело первым делом отправили в морг. Там она пришла в себя и, к ужасу санитаров, начала стонать. В больнице Яковлевой пришлось пережить тридцать пластических операций. И поездка на море была весьма и весьма кстати. Внимание приехавших на тот же курорт молодых привлекли антикварные стулья, которые, по словам продавца, уже были приобретены мадам дю Плесси. Красина сама разыскала Татьяну и еще раз познакомила с Александром, уже возмужавшим и симпатичным молодым человеком. Как потом будет вспоминать Либерман, между ними "мгновенно возникло притяжение". И больше они не расставались. Официально женой Либермана Татьяна станет в 1941-м году после гибели дю Плесси - над Ла-Маншем его самолет был сбит фашистскими зенитчиками. Из рук генерала де Голля Яковлева, как вдова героя, получит орден. И вместе с Алексом и дочерью Фрэнсин переедет в Соединенные Штаты. Судьба всегда была к ней благосклонна. Недаром в 20-х годах Татьяна писала матери: "Мне на роду написано "сухой из воды выходить". Даже во время оккупации, когда Яковлева организует приют для 123 беспризорных детей, ей удастся получить помощь от самих немцев. Генерал Херинг был поражен красотой Татьяны и... фамилией дю Плесси, которая, по его мнению, указывала на прямое родство с кардиналом Ришелье. В первые месяцы пребывания в Нью-Йорке дворянская фамилия еще раз сыграла Татьяне на руку. Ей удалось устроиться дизайнером женских шляп как "графине дю Плесси". Ее шляпки носили Марлен Дитрих, Эдит Пиаф, Эсти Лаудер и другие состоятельные женщины. Секрет ее успеха дочь Фрэнсин объясняет "культурным уровнем и знанием законов общества, которые намного превосходили ее дизайнерский талант. Она была талантливым самодеятельным психиатром и могла убедить любую, что она красавица". Татьяна соглашалась с дочерью. "Они уходят от меня, уверенные в себе, как призовые лошади", - говорила она о своих клиентках. Алекс, бывший в Париже сначала художником, а затем главным редактором модного журнала "Vu", получил предложение из американского журнала "Vogue". В течение последующих пятидесяти лет он будет арт-директором холдинга Конденаст и автором самых выдающихся журнальных обложек. Так, в 1989 году именно ему пришла в голову идея поместить на первой полосе знаменитое фото обнаженной Деми Мур, находившейся на тот момент на 8-м месяце беременности. Страна Либермания Семейство Либерманов было довольно состоятельным. В Нью-Йорке они занимали многоэтажный дом на Лексингтонавеню и владели роскошным поместьем в Коннектикуте, которое Джордж Баланчин называл страной Либерманией. Гостями Либермании становились многие известные русские, приезжавшие в Штаты. Знаменитый историк моды Александр Васильев так вспоминает о своем визите в дом Яковлевой-Либермана: "Это было накануне Рождества 1986 года. В их поместье в Коннектикуте меня привез Геннадий Шмаков, секретарь Яковлевой, автор известной в Америке книги "Звезды русского балета". Без него она не могла и шагу ступить. Геннадий готовил ей по утрам каши и другие вкусные вещи и находился при ней неотлучно. Говорил все время "мы": "Мы с Татьяной ездили в город", "Мы легли спать"... Яковлева производила впечатление строгой женщины, ее можно было испугаться. Прямая, величественная. И это можно было понять - ведь ее муж Алекс занимал очень высокое положение: был одним из руководителей издательства Конде-наст и скульптором, который пользовался в Америке такой же поддержкой властей, как у нас Церетели. Татьяна была крашеной блондинкой, носила прическу а-ля Мирей Матье и очки-стрекоза в стиле 70-х. Из одежды предпочитала брюки и блузку. У нее был прекрасный маникюр, длинные ухоженные ногти с ярким лаком. Дом был оформлен в стилистике 30-х годов: все было белым. Я обратил внимание, что на столике лежала подшивка журналов "Дом и усадьба" за 1914-1917 годы. На стенах висели рисунки Михаила Ларионова, на которых были изображены Дягилев и Нижинский. Когда я заметил хозяйке, что рисунки выцветают на ярком свету, Яковлева ответила: "На мой век хватит". Я ей не понравился - был в высокой шапке из куницы, а в волосах носил черный бант в стиле XVIII века. "Как у ненавистного Лагерфельда", - сказала Татьяна. Оттаяла она только на третий день, когда согласилась сфотографироваться со мной и поболтать. Но фаворитом я ее не стал. Меня приблизил Алекс, который пригласил в свою мастерскую, показал работы, а потом дал заказ для журнала "Вог". Яковлева была знаменита своими афоризмами. "Норка - только для футбола, а для леди - только соболя", - как-то сказала она. Имелось в виду, что в норковой шубке можно ходить только на стадион, а в свет выходить позволительно в соболях. Она дружила с музами других русских поэтов. Была лучшей подругой Валентины Николаевны Саниной, музы Вертинского. Была близка с леди Абди, урожденной Ией Ге, племянницей художника Ге, музой Алексея Толстого, который вывел ее в образе героини романа "Аэлита". Одним словом, подруг она выбирала себе под стать. К заслугам Татьяны Яковлевой относится восхождение Кристиана Диора и появление Ив Сен-Лорана. Талантом своим они обязаны, разумеется, не ей. Но пресса заговорила об этих кутюрье после того, как Яковлева сказала мужу, что гении - именно они. Она дружила с Иосифом Бродским, Александром Годуновым, Михаилом Барышниковым, Натальей Макаровой. Охотно принимала у себя беглецов из советской России. Дома была прислуга, которая говорила по-английски. Когда я остановился у Яковлевой, утром следующего дня горничная спросила у меня, не хочу ли я киселя. Я удивился предложению, так как кисель последний раз пил на полднике в детском саду. "А Татьяна всегда пьет его по утрам", - ответили мне. Вкусы в еде у нее остались русскими. Что меня поразило - это огромная тарелка с черешней, привезенной из Чили, которая ярким пятном выделялась на рождественском столе". Чета Татьяны и Александра была одной из самых известных в Нью-Йорке. Гостями на их шикарных приемах становились все сливки города. При этом семейная жизнь Яковлевой и Либермана тоже казалась идеальной. Автор книги "Татьяна. Русская муза Парижа" Юрий Тюрин, первым проливший свет на судьбу Татьяны Яковлевой, так описывает свои впечатления от супругов: "В обыденной жизни Алекс был консервативен: сорочки шьются только у портного в Англии, красное вино заказывается во Франции, тридцать лет по утрам овсянка на воде, полвека одна женщина. "В течение прожитых лет в общей сложности мы не были вместе пять дней, - признается Алекс. - Но это были самые черные дни моей жизни". Его глаза всегда светились любовью. Они даже ссорились удивительно спокойно и уважительно. Алекс недоволен тем, что Татьяна не притронулась к завтраку. Он ворчит, что она уже и так потеряла за неделю три фунта. В ответ протяжно-просительное: "Алекс, не начинай". И все. Никаких эмоциональных взрывов, обиженных глаз, надутых щек. Даже если кто-то из них на чем-нибудь зацикливался, другой умело переводил ситуацию в юмор... Татьяна жалуется, что Силия положила на стол не те салфетки. Алекс примирительно: "Дорогая, ты дрессируешь ее уже семнадцать лет, и она, слава богу, научилась отличать бумажные от текстильных. Еще через семнадцать все будет по правилам". Татьяна в ужасе: "Ты думаешь, что мне еще так долго мучиться на этом свете? Нет, если ты настоящий джентльмен, то пропусти даму вперед". Накануне 85-го дня рождения у Татьяны произошло кровоизлияние в кишечник. Операцию было делать бессмысленно. Через несколько дней Яковлевой не стало. Отпевание прошло в русской церкви, а похороны - в Коннектикуте, где на надгробном камне жены Алекс Либерман приказал выгравировать: "Татьяна дю Плесси-Либерман, урожденная Яковлева, 1906-1991". Александр хотел быть похороненным в одной могиле с Татьяной и даже приготовил надпись для себя: "Александр Либерман, 1912-..." Но жизнь распорядилась по-другому. После перенесенных инфаркта и клинической смерти он женился на филиппинке Милинде, одной из медсестер, ухаживавших в последние годы за Татьяной. И завещал развеять свой прах над Филиппинами. В 1999 году его воля была выполнена... Фото из книги Ю . Тюрина "Татьяна. Русская муза Парижа" , Во Францию Татьяне удалось выехать благодаря дяде - знаменитому художнику Александру Яковлеву, Татьяна с сестрой Людмилой и гувернанткой. Пенза, 1908 г., Татьяне пять лет, Татьяна с дочерью Фрэнсин в Коннектикуте, Шляпки от Татьяны Яковлевой носили все звезды Америки (на фото - одна из ее моделей), Татьяна рекомендовала Диору нового секретаря. Им был молодой Ив Сен-Лоран (фото 1950 г.), Яковлева производила впечатление строгой женщины, ее можно было испугаться (с Валентиной Саниной), Носить шляпы от герцогини дю Плесси считалось хорошим тоном (модель 50-х гг.),