Корабль его мечты

Всеволод Алексеевич Поздняков

Победным золотом сияет рында, над головой сплетаются ванты, под ногами — надраенный трап. «А вы в правый иллюминатор посмотрите. Мы удивительно удачно пришвартованы! В самом центре города!» — объясняет мне Всеволод Алексеевич ПОЗДНЯКОВ. Я послушно смотрю. Вид замечательный — на Смоленскую крепость, памятник… И ощущаю, что у меня начинается раздвоение личности: какой иллюминатор? Какой вообще может быть корабль в центре Смоленска?

Сорок смоленских адмиралов

ДА, ХОРОШИЙ корабль! Содержащийся в удивительном порядке, любовно обустроенный, красивый. И это ничего, что в море он никогда не выйдет. И что расположился в двух этажах старинного дома — тоже ничего. Ведь на корабле главное что? Главное — капитан! А капитан здесь превосходный! Всеволод Алексеевич Поздняков, прошедший с походами на военных кораблях по всему миру, капитан второго ранга, пришвартовался наконец к родным смоленским берегам. Где и создал этот удивительный «корабль», а на самом деле — музей. Молодежный центр-музей имени адмирала Нахимова.

Как житель далекой от всех морей Смоленщины стал капитаном? Долгая история… Началась она, когда двенадцатилетний сын смоленского рабочего вместе с родителями попал в 1941 году под оккупацию. Семья пыталась уйти от наступающих фашистских частей, но оказалась у трагически знаменитой Соловьевской переправы через Днепр. «Какие толпы беженцев валили по единственной оставшейся свободной от немцев дороге! — вспоминает Всеволод Алексеевич. — Из Белоруссии, Прибалтики, даже какие-то кочевники в пестрых халатах и остроконечных шапках на верблюдах, бог знает, откуда такие взялись… Паром всего один. Визг, давка, стада мычат и блеют… И налеты — юнкерсы один за другим! Днепр от крови красный был, паром сразу утонул. И вдруг — целая колонна наших отступающих танков появляется. Да только перехода-то уже нет! А тут опять налет… Все они сгорели. Сколько народу полегло… Там сейчас церковь стоит «Взыскание погибших»…

Бои не прекращались ни на минуту — днем немцы наступают, ночью — у наших контрнаступление, попытки вырваться из «котла». Да только мало кому это удалось. Как наша семья в этой мясорубке выжила — ума не приложу…»

Потом было немецкое рабство в трудовом лагере «Холеново» на территории Польши, голод и холод, чудесное бегство, когда во время уже нашего налета бомбы разрушили ограду лагеря, и долгий, трудный путь домой.

Когда окончившему школу парню предложили поступать в военно-морское училище имени Нахимова в Севастополе, он ни секунды не колебался. Какие колебания, если и сам севастопольский герой Нахимов был родом из Смоленска, если Смоленская земля дала нашей стране за 300 лет существования военного флота более 40 адмиралов, если сам Петр I считал жителей Смоленщины наиболее приспособленными к службе на флоте? Неужто Поздняков опозорит славу Смоленской земли? Не бывать тому!

Не поросла душа ракушками

ТАК начался отсчет его, Позднякова, морей и океанов. В каких только странах, в каких акваториях не побывал капитан Поздняков за долгие годы службы, возглавляя дивизион из 18 десантных кораблей… Сирия, Ливан, Египет, Суэцкий канал, Судан, Нигерия, Сомали, Индия, Канары — везде, где наша страна отстаивала свои интересы в непростой обстановке «холодной войны» (в некоторых точках перераставшей таки в войну «горячую»), на страже ее интересов вставали его суда.

Но всему приходит конец. И боевой капитан Всеволод Алексеевич Поздняков, кавалер многих наград, ветеран военно-морской службы, шагнул с капитанского мостика на берег, вернулся в родной Смоленск.

Владлен Карпович Лапин

Но не заржавела, не поросла ракушками его душа — нет, она стремилась в новые плавания. И когда шла подготовка к празднованию трехсотлетия Российского флота, Всеволод Алексеевич, один из самых активных «штыков» Смоленской ветеранской организации, взвалил на себя дело создания в военном музее экспозиции, посвященной этой теме. Что он ничего не умеет делать наполовину, стало ясно еще на подготовительном этапе — когда он по архивам выявлял всех жителей Смоленска и области, служивших на флоте, уговаривал ветеранов отдать на экспозицию личные вещи, документы, награды. Когда лично изготавливал стенды, когда находил единомышленников. Один из них — Владлен Карпович Лапин, моделист-самоучка, тоже ветеран военной службы. Если простенькая, халтурная, «лубочная» моделька корабля стоит в сувенирном магазине порядка 20 тысяч рублей, то сколько могут стоить созданные им потрясающие копии судов — трудно даже представить. А он передает их музею бесплатно! Какие труды — на каждую модель уходит 2–3 месяца работы при 8–10-часовом рабочем дне — и какая красота!

Но экспозиция была юбилейным мероприятием и, простояв какое-то время, отправилась в запасники.

И тогда Всеволод Алексеевич… сам создал морской музей!

Сколько сил, нервов и средств на это ушло — даже не пробуйте представить. Да, впрочем, Поздняков и не любит вспоминать о своих «боданиях» с бюрократией… Ему важно другое — что музей есть, что едут сюда экскурсии со всей земли нашей — от далекого Хабаровска до западных областей Белоруссии, да и иностранцы — гости не редкие.

Конечно, директору такое внимание очень приятно. Но более всего его радует неизменный интерес молодых — школьников и студентов — к флотской славе Смоленщины. Это значит — есть надежда, что, впервые услышав на этом пришвартованном навеки к берегу корабле-музее шум моря, юные смоляне не дадут зарасти тропинке, ведущей на флот, к настоящим судам. Значит, и те 40 смоленских адмиралов, гордость земли Российской, дай бог, не последние!

Счастливого плавания тебе, «Адмирал Нахимов»! Доброго здоровья и семь футов под килем, капитан Поздняков!

«У моряка нет ни легкого, ни тяжелого пути, а есть один славный путь».

Адмирал П. С. Нахимов

Элина СУХОВА