Сердце Дюймовочки

Олю Иванову могли бы спасти и без нас — если бы она не была такой маленькой. Катастрофически…

Ольгу Иванову, за которую сейчас буду просить, я лично не знаю. Но к нам в редакцию приехала её мама, Галя Иванова, контролёр электросчётчиков из посёлка Морки («сто километров от Йошкар-Олы»), и сообщила следующее.

ЕЁ дочке Оле три года. Она весит 11 килограммов, любит овсяную кашу и в любой момент может умереть. А ещё она, говорит мама, очень скучает по папе. Папа — водитель бензовоза Иван Иванов, сейчас дома, в Морках. Оля — в Москве. В реанимации.

«Только не пишите, что врачи склонились тут над постелью девочки и, засучив рукава, борются за её жизнь, — хмурится в трубку Олин врач. — Нет, она нормально себя чувствует. Лежит себе в палате, играет, капризничает. Просто нам удобнее, чтобы она находилась именно в реанимации. Потому что, когда начнёт умирать, тут её будет проще спасать — всё ж под рукой».

В Московском институте педиатрии все готовы к тому, что Оля Иванова начнёт умирать. И её, конечно, будут возвращать к жизни. «Разряд, сестра, ещё разряд!» Остановившееся сердце заведут — и будут ждать следующего раза. Потому что его не может не быть. У Оли Ивановой первичная электрическая болезнь сердца. Жизнь — клиническая смерть — жизнь — клиническая смерть. Неровный ритм кардиограммы. «Сердце девочки может остановиться в любую минуту», -говорит Олин врач.

А её мама рассказывает, как это бывает. Последний обморок был поздней осенью 2007-го: медсестра районной поликлиники достала шприц, обломила ампулу, закатала крохотный рукавчик детского платья — а Оли Ивановой уже и нет. Испугалась — умерла. Откачали…

Хирургу Сергею Термосесову очень хочется, засучив рукава, вылечить свою пациентку раз и навсегда — а не караулить её день за днём в реанимации. Олин врач уже многих вылечил. А её — не может. Всё упирается в деньги. Ни у лечащего врача, ни у Ивановых из посёлка Морки нет 650 тысяч рублей на кардиодефиб-риллятор.

Вот Олина мама и сидит у нас в «Добром сердце» — рассказывает про маленькую девочку, которая лежит в реанимации и скучает по папе.

Спасти раз и навсегда

ЕЩЁ лет пять назад с этой электрической болезнью ничего нельзя было поделать даже теоретически. Пять лет назад Оле Ивановой выписали бы лекарства-антиритмики и, перекрестив на дорожку, отправили с мамой обратно в Морки. А там — как Бог даст… Ещё пять лет назад родителям не оставалось ничего, кроме как бдить неусыпно, стеречь момент — и вызывать «скорую». Сейчас всё решается просто: в сердечную мышцу вживляется дефибриллятор, «встроенная» реанимация, включающаяся автоматически, когда отказывает сердце. И не надо бежать по коридорам за сестрой в белом халате, не надо дрожащими пальцами набирать «03» и слышать в ответ короткие гудки. Сейчас Олю Иванову можно спасти раз и навсегда.

Нужно только где-то найти эти 650 тысяч. А то Оля уже извела всех сестричек в больнице: очень хочет домой. Плачет тихо. Иногда громко. А они смена за сменой её караулят: вдруг начнёт умирать прямо в это дежурство?

Оле Ивановой не подходит ни один из тех дефибрилляторов, что пришли в институт по государственной квоте. Потому что она — первый и единственный такой пациент у хирурга Термосесова: маленький очень… Сами понимаете, одиннадцать килограммов. Во всём мире не наберётся и десятка случаев, когда подобную операцию на сердце проводили таким детям. Ведь даже электроды дефибриллятора, которые нужно подвести к Олиному сердцу, не пройдут в её тонкие ниточки-сосуды. И поэтому Оле Ивановой, в отличие от взрослых больных, предполагают делать полостную операцию: вскрывать грудную клетку. И ставить совсем особенный, маленький прибор. Которого в НИИ педиатрии нет. Нет и не предвидится.

Поэтому Оля Иванова сейчас лежит с открытыми глазами в детской реанимации, а её мама сидит в редакции «АиФ», гладит Олино чёрно-белое фото размером 3×4 из свидетельства об инвалидности и рассказывает про дочь.

20 лет до чуда

ГАЛЯ Иванова говорит, что её Оля — «очень отличный ребёнок». Говорит, что ждала дочку долгих 20 лет: три выкидыша и три тысячи триста молитв. Дождалась в сорок. На 6-м месяце выяснилось: плод — ножками вперёд. В женской консультации посоветовали прикладывать к низу живота наушники плеера. «Дети, говорили, музыку любят — и переворачиваются на звук. Так я Оле мягкую такую музыку включала. Ну, Бетховена там, негромкого…» Оля перевернулась. У неё оказались сросшиеся пальчики на руках и на ногах — наследство от прадеда по отцовской линии. В год Галя принесла вымоленную Олю врачам: «Разделите пальчики, она же девочка, как жить потом будет?» Врачи сказали: «Ритмы сердца нехороши, нельзя рисковать». Галя достала заначку: «А если она у меня на пианине захочет играть, тогда как?!» Дала, кому надо. Кто надо — «Только под вашу ответственность!» — прооперировал. Оля это чудом пережила и семь суток орала потом на все Морки в голос: каждую выпрямленную косточку фиксировала металлическая спица… Папа — водитель бензовоза носил дома наушники. Оля росла, падала в обмороки и «очень любила Агнию Барто»…

К чему все эти подробности? Оля Иванова сейчас находится в Московском НИИ педиатрии и детской хирургии, куда её привезли после последнего осеннего обморока. У её родителей нет 650 тысяч рублей для того, чтобы Оля перестала лежать в реанимации в ожидании собственной клинической смерти. Если бы они были, она уже давно бы ехала на поезде к папе в Морки и ела домашнюю овсянку.

Вы так же, как и я, не видели Олю Иванову и не знаете её лично… Вдруг вы не захотите её спасти раз и навсегда. Вот я и стараюсь. Я думаю, она хорошая девочка.

«АиФ. Доброе сердце» начинает сбор 650 тысяч рублей на кардиоде-фибриллятор для Оли Ивановой.

ТЕМ, КТО ХОЧЕТ ПОМОЧЬ

ДЛЯ тех, кто решился поддержать подопечных Благотворительного фонда газеты «Аргументы и факты», мы публикуем банковский счёт.

Благотворительный фонд «АиФ. Доброе сердце», номер счёта 40703810940170358401 в АКБ «Промсвязьбанк»(ЗАО), ИНН 7701619391, БИК 044583119, номер корр./сч. 30101810600000000119, для программы «АиФ. Доброе сердце» (НДС не облагается).

Образец заполнения бланка

Валютные переводы
Благотворительный фонд «АиФ. Доброе сердце»
101000, Москва, ул. Мясницкая, д. 42
ИНН 7701619391, КПП 770101001
JSCB «Promsvyazbank» (CJSC)
Moscow, Russia, SWIFT: PRMSRUMM

Доллары США (USD) № 40703840240170358401 with
Deutsche Bank Trust Company Americas,
New York, NY, USA
SWIFT: BKTR US 33
Account No. 04410090

ЕВРО (EUR) № 40703978840170358401 with
Deutsche Bank AG 
Taunusanlage 12, 60325 Frankfurt/Main Germany
SWIFT: DEUT DE FF
Account No 10094751040000

Телефон/факс (495) 221–56–28, dobroe@aif.ru

Полина ИВАНУШКИНА
Фото Эдуарда КУДРЯВИЦКОГО
123